Классика

   Дао Де Цзин (часть 14, чжан 70-76)

Пойдем дальше по знаменитому тексту, сравнивая, анализируя, делая выводы..

(70.1) Слова мои понять вполне легко,
(70.2) И жить, им следуя, не трудно тоже.
(70.3) Все это так, но в мире нет, похоже,
(70.4) Того, кто, их поняв, в жизнь претворить бы смог.

(70.5) Есть праотцы у слов и князь - у дел моих,
(70.6) О них не знает мир, а обо мне тем паче.
(70.7) Я славу познаю вдали от городов и сел:
(70.8) Сокровища в груди хранит Премудрый,
(70.9) И вретище - вот облачение его.

(71.1) Знать о своем неведении гораздо лучше.
(71.2) Свою дремучесть знаньем полагать - недуг,
(71.3) Но если различать все разума уловки,
(71.4) То здравый разум будет твой надежный друг.

(71.5) Премудрый разум чужд заболеванью,
(71.6) Любые отклоненья зрит лицом к лицу,
(71.7) И потому болезней он не знает.

Перечитаем еще раз печальные строки 71.1 - 71.4. Неужели древний автор был прав тогда, и остается правым сейчас? Неужели Вера Пути - а мы, надеюсь, уже убедили читателя, что именно о ней говорится в Дао де Цзин, хотя там она так и не называется - так и останется чисто теоретическими рассуждениями? Может быть мешают постоянные возвращения в мир, вечное желание славы (71.7), ибо выходящую за пределы жизни достойную цель в то время было поставить и достичь много сложнее, чем сейчас. И автору оставалось лишь прославлять тот разум, тот интеллект (71.10 - 71.16), на который мы теперь делаем ставку, как на реальную силу, способную изменить мир к лучшему.

(72.1) Коли народ государя не убоится,
(72.2) Великий страх ему придется пережить,
(72.3) А посему прошу: жилищ не потесни их,
(72.4) Не трогай детвору, домашний скот,
(72.5) Пусть их головушки твой гнев суровый обойдет.

(72.6) Премудрого пути ведут его к познанью
(72.7) Самого себя. Закрыт наружу ход для помыслов его.
(72.8) В любви к себе он никогда не возгордится,
(72.9) Поскольку изберет вот это, а не то.

Конечно, ненасилие должно проявляться гораздо шире - не только по отношению к государю (72.1 - 72.5). В том числе и по отношению к самому себе, которую, впрочем, не надо путать с жалостью (72.6 - 72.9).

(73.1) Молодец храбрый решится - жизни лишит, не глядя;
(73.2) А не осмелится храбрый - жизнь сбережет тогда.
(73.3) Добро и зло рождаются отсюда.
(73.4) "Непримирим к одним Господь бывает почему-то".
(73.5) Тут есть о чем Премудрому подумать...
(73.6) Сомнений нет, везде Господний Путь дорогу
(73.7) Себе проложит, в битву не вступая.

(73.8) Без слов обходится Господь, ответы получая.
(73.9) Он вещи не зовет, но все равно приходят.
(73.10) Свой замысел вершит, не поспешая.
(73.11) Весь мир Господня сеть в себя вмещает,
(73.12) Хоть широки ячеи, ничему ее не избежать.

Да, это главное - прокладывать себе дорогу, не вступая в битву (73.1 - 73.7). И смутные слова о единстве мира (73.8 - 73.12), о том, что вся Вселенная - это прежде всего система (система систем) пока еще выражены на том языке, на котором в то время они только и могли быть выражены.

(74.1) Обычно смерти страх неведом человеку,
(74.2) К чему запугивать тогда уходом в мир иной?
(74.3) Да, если б делом редким, неизвестным
(74.4) Была кончина, то всегда б ее боялись,
(74.5) Но кто б осмелился над плахой занести топор?
(74.6) Исполнить приговор всегда готов палач,
(74.7) Но если кто другой за казнь возьмется,
(74.8) То это все равно что подмастерье
(74.9) За непростой заказ берется:
(74.10) Рубить старается, как мастер показал,
(74.11) Но редко по рукам-ногам себе не попадал.

И все это верно. Но как уменьшается страх смерти в случае появления у человека Пути, ведущего его неведомыми для этого человека тропами к Цели!

(75.1) Приходит голод к людям оттого,
(75.2) Что мытари лютуют не по праву -
(75.3) Ничем не брезгуют, особенно зерном,
(75.4) И вот уже глядит нужда в окно.

(75.5) Попробуй-ка, поуправляй людьми,
(75.6) Весьма непросто дело это.
(75.7) Ведь все чиновники повыше, так и знай,
(75.8) Вмешаться норовят, и нет от них спасенья.
(75.9) Вот почему трудна наука управлять.

(75.10) А смертью наш народ не запугать:
(75.11) Ведь столько в жизни предстоит успеть до срока,
(75.12) Что некогда всерьез о смерти размышлять.
(75.13) И ценят жизнь во всем, хоть скромен их достаток,
(75.14) Зато душою побогаче будут бар.
(75.15) Ведь господину смерть мерещится повсюду,
(75.16) Когда добра полно, все мнится тать или пожар.

Да, менеджмент, видимо, всегда был почитаем (75.1 - 75.9), ведь общество уже давно и прочно расслоилось на касты, профессии, звания. Что же касается народа (75.10 - 75.16) то эти знакомые каждому русскому слова характеризуют как время, так и общественный строй.

(76.1) При жизни мягок и податлив человек,
(76.2) Но цепенеет, испустив дыхание.
(76.3) Траве, деревьям, словом, всем созданьям
(76.4) Ток жизни гибкость и упругость придает.
(76.5) Лишась его, от сухости крошатся.

(76.6) Броня неумолимости с костлявой ходит парою,
(76.7) Покладистая мягкость с жизнью дружбу водит:
(76.8) Безжалостный, не ведает побед воитель;
(76.9) Дуб несгибаемый лишь под топор пригоден.
(76.10) Могучие и сильные срываются с вершин,
(76.11) А мягкие, да гибкие всех выше поднимаются.

И вот, наконец, важное (сколько же можно "раскактися мысью по древу"), скрытое до поры в броне текста общих слов про правителей, мытарей, народ и т.п. вещи. Речь о темпе жизни (76.1 - 76.5), скорости ее изменений, делающей все живое пластичным, меняющимся, текущим. И этот процесс вечных изменений нельзя запустить вновь после временного прекращения (смерти) - в этом и состоит суть живого. Именно в этой мягкости сила жизни (76.6 - 76.11), именно ненасилие, умение подстраиваться, а не бороться - вот главная мысль, которую нельзя забывать ни при каких обстоятельствах.